Княжна Элиза (duchesselisa) wrote,
Княжна Элиза
duchesselisa

Categories:

Роман "Ледяной смех"




Роман Павла Александровича Северного (фон Ольбриха) "Ледяной смех" захватывает с первых страниц и не отпускает до последних. Во-первых, это одно из немногих художественных произведений об А.В. Колчаке. Хотя, верховный правитель Сибири и не является главным персонажем, но в романе хорошо прописаны его чувства, волнения за судьбу России, боль, его трепетное отношение к Анне Васильевне Тимиревой.

Интересны главные персонажи романа, хотя они и вымышленные: Офицер Вадим Муравьев - благородный воин и прекрасный поэт. С ужасом он наблюдает за разложением в войсках, за сдачей позиций красным. Но более всего его страшит мысль о том, что прийдется покидать Родину и жить на чужой земле.

Стихотворениями Муравьева зачитывается все омское общество:

— Огорчена, что не пишете стихи. Из напечатанных все наизусть знаю. В Екатеринбурге читала на благотворительных вечерах и всегда с большим успехом. Вы модный поэт. Мне ваша поэзия нравится, а если быть откровенной, то она мне созвучна и близка.
Помолчали.
— Ваши стихи созвучны Блоку.
— Что вы? У него «Незнакомка».
— А у вас «Девушка с васильками».



К сожалению, в романе приводится лишь два стихотворения Муравьева:

Мы с тобой в страницах пыльного романа,
Мы с тобой в поблекших, выцветших шелках.
Мы с тобой в наивных радужных обманах,
Мы с тобою в прошлом, мы в минувших снах.
Нам не интересны жизни этой всплески.
Ненависть и злоба и какой-то гнет.
Я твоя маркиза в пудреной прическе,
Ты мой грациозный роялист-виконт.
Нам бывает грустно, нам бывает больно,
Иногда мы плачем только от любви.
Никогда о Смольном, никогда о прошлом,
Никогда о море пролитой крови.


И еще "Девушки дворянского гнезда" - стихотворение со своей интересной историей, о которой можно прочесть здесь: http://trojza.blogspot.com/2016/01/blog-post_24.html


Возлюбленная Вадима Муравьева - Настенька Кокшарова - дочь адмирала Балтийского флота, идеал самоотверженной и слегка наивной русской тургеневской барышни. Самые счастливые ее воспоминания - детство в столичном Петербурге.


"Настенька провела радостное детство в блистательном Санкт-Петербурге. Дочь адмирала Балтийского флота. Видела блеск царских балов и парадов. Пережила войну, запомнив ее по пахнущим лекарствами палатам госпиталей со стонами раненых. Потом Февральская революция. Внезапная смерть обожаемой матери. Тревога за судьбу отца и брата. Отъезд из столицы в псковское поместье. Известие, что брат, морской офицер, остался на флоте с большевиками. Новый переезд на Урал, где у покойной матери были наследственные золотые прииски".


Княжна Ирина Певцова - роковая светская красавица.

"В недалеком прошлом фрейлина убиенной в Екатеринбурге последней императрицы из дома Романовых, носит черную косынку в знак траура по царской семье. Особа, овеянная легендами своего тайного незаконного рождения, опутанная сплетнями и наговорами завистниц. Красивая молодая женщина, а главное сказочно богатая. Красива бестия. Красота, околдовывающая мужское сознание".




Вообще, все герои романа оставили позади в той, погибшей России, блестящее прошлое, а впереди неизвестность: смерть в заснеженной тайге, самоубийство от отчаяния, шальная пуля обезумевших мародеров, изгнание - любой новый сценарий жизни уже не будет так хорош, как прежняя жизнь.

Среди героев бытует в основном два взгляда на дальнейшую судьбу. Первый высказала богатая сибирская купчиха: "Уверена, что в нашем доме будут жить эти пролетарии, которые будут ненавидеть его бывших хозяев, убежавших из родной страны. Да, мы убегаем, ибо не хотим жить по безграмотной азбуке о свободной жизни, придуманной мастеровыми, да даже не ими, а теми интеллигентами, вышедшими из культурных слоев общества, но с сюсюканием угождающих пролетариям, помогающих на своей шее затягивать петлю.
Но пусть! Мне до всех приспешников большевиков просто нет никакого дела. С настоящей Россией я прощаюсь без слез, без малейшего сожаления. Уверена, что проживу без нее. Свет велик. В нем везде можно найти удобный для тебя уголок, тем более если есть для этого материальная возможность. А у нас она есть. Давайте выпьем за временную разлуку не с Россией, а друг с другом" .



Второй - дочь священника из Новониколаевска: "Но обреченными мы будем на родной русской земле. Обреченными с надеждой на то, что родной народ не утерял милосердия. Ваша обреченность будет страшнее нашей. Вам скоро станет невыносимо без родной земли. Вы будете беззащитны, бессильны, как дети без твердой и ласковой руки матери". -и это очень страшная фраза. И оттого что действительно на чужой земле русским было очень непросто и оттого, что родной народ все же утерял всякое милосердия и тех, кто остался, тоже ждала трагедия, даже если они не были офицерами, аристократами и богатыми купцами...


Но главная особенность книги, пожалуй, в том, что абсолютным злом автор выводит не красных, а иностранцев. Все эти чехи, японцы, французы, англичане, американцы как стая стервятников кружится над русским горем в надежде захватить золотой запас Империи.

Приведу отличную иллюстрацию союзнической "помощи" и "дружбы":

— На перроне омского вокзала, на глазах огромного числа людей, русские офицеры избили двух американских кинооператоров, когда те призводили съемки. Один из них от побоев уже умер.

— Скажите подробнее.

— Все началось с того, что чины из поезда американского союза христианской молодежи решили побаловать детей беженцев. Они раздавали им печение и банки со сладким сгущенным молоком. Несчастная детвора с радостными криками выхватывала лакомства из рук добрых американских дядей.

Колчак, слушая американца, все крепче сжимал кулаки, понимая, что возмутительное зрелище было разыграно специально для американской кинохроники. Растерянным и бледным стоял генерал Лебедев.

— Два кинооператора с удовольствием снимали фильм, с надеждой показать в Америке страдания голодных русских детей, спасенных из большевистского рабства. Фильм мог быть сенсацией. Америке все интересно о войне с большевиками.

— Дальше, — резко спросил Колчак, пройдясь по кабинету.

— Но на перроне появилась группа пьяных русских офицеров.

— Что вы сказали? — выкрикнул Колчак.

— Мне показалось, что два офицера были пьяными.

— Сами все это видели?

— Конечно. Офицеры прервали съемку. Разогнали детей. Разбили аппараты кинооператоров, а потом начали избивать кулаками самих. И делали это по-русски, совсем зверски. Я уполномочен потребовать от вас, мистер адмирал, немедленного наказания офицеров, участвовавших в драке, а виновных из них в смерти американского гражданина по законам военного времени просто расстрелять. Вы знаете, как это сделать.

— Это все, что вам нужно?

— Да.

— Скажите, кем вы были до поступления в ряды американской армии?

— Клерком.

— Тогда понятно, что вам чуждо понятие, что действия кинооператоров отвратительны, а главное, оскорбительны.

— Но голодным детям радостно получать лакомства.

— Нельзя доброе побуждение превращать в омерзительную и заранее задуманную инсценировку для обнаглевших кинооператоров, готовых, в погоне за сенсацией, добывать ее любым способом.


Да, время идет, а методы у этих клерков не меняются…


Произведение важное и нужное, оно заставляет о многом задуматься, располагает к дискуссии. Жаль, что такие вещи не входят в школьную программу и вряд ли когда-то войдут... А может это и к лучшему. Не сможет основная масса учителей - рожденных Союзом тётушек, пленниц шаблонов из серии "Катерина - луч света в темном царстве" - понять такое произведение  и уж тем более достойно представить его остальным... 
Tags: белая армия, книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments